Тореодор анти-трибу и его ученица(инферналисты) скитаются по лесу(всмысле усиленно драпают от сыскарей ками и паралельно от местной инквизиции Шабаша). Сир - любит лепить статуи из мертвецов, ломая кости таким образом, что бы создавать идеальную геометрическую композицию, дитя - пишет симфонию из предсметных криков.
Вдруг слышат крик. истошный, надрывающийся, предсметртный.
Дитя: - Блин, они неправильно кричат, надо на два тона выше!
Сир вслушивается с помощью дисциплин: звук ломаемых костей.
- Блин, судя по хрусту, там одна крошка! Как так можно!
Забыв о преследователях отправляются на звук.
И видят какой-то, видимо дикий и ОЧЕНЬ крутой гангрел занимается систематическим отрыванием конечностей у камарильских сыскарей.
Каково же было удивление у Главного Инквизитора СПб, когда в его убежище(катакомбы 2ой мировой) вначале приперлись подчиненные с вопялми, что в Питере объявились заезжие демонопоклонники, потом сыскари ками, ищущие кого-то из Шабаша, а потом женская ножка в туфильке с острым каблучком наступила на промежность избиваемого Ками-кадзе, звук стал милее и эстетичнее, а волосатый шпендель с козлиной бородкой начал доламывать кости валяющимся в торпоре жертвам, причитая "никакого вкуса, никуда не годится!, как так можно?!"
Спустя сутки Инквизитор представлял сладкую парочку архиепископу, как "о*енно забавных зверушек*
